Развитие АПК на фоне кризиса: побеждает крупнейший

Государственная политика последних лет активизировала развитие сельского хозяйства в России. Однако на фоне экономического спада возможности для развития на российском рынке появились только у определенных игроков – главным образом крупных агрохолдингов.

В ПОЛИТИКЕ ЛИ ДЕЛО?

Мировой кризис, санкции и продовольственное эмбарго: как сильно отражается политическая ситуация на сельском хозяйстве России? Эксперты утверждают, что отнюдь не эмбарго, введенное в августе 2014 года, заставило крупные предприятия агропромышленного комплекса (АПК) пересмотреть свою стратегию и задуматься об увеличении производства. «Авторитетные компании, которые занимались производством продуктов в России, начали наращивать объемы производства еще до введения эмбарго и в результате оказались полностью готовы к сложившейся ситуации», – уверяет член правления группы компаний «Черкизово» Марина Каган. По словам Каган, главное преимущество продуктовых санкций в том, что в результате их введения компаниям стало легче работать с крупными продовольственными сетями, которые ранее, в обстановке более острой конкуренции, сами диктовали российским поставщикам свои условия. «Теперь они стали зависеть от нас больше, чем мы от них», – поясняет представитель компании.

При этом Марина Каган признает, что прибыль компании по сравнению с 2014 годом сократилась – главным образом из-за падения рубля. Однако причин для снижения темпов роста, наблюдаемых в мясной отрасли в последние годы, Каган не видит.

 

СЛАВНОЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ

Взлет российского АПК произошел не за счет санкций: предпосылки для этого были созданы еще десять лет назад. Основные сдвиги в российском сельском хозяйстве начались в середине 2000-х годов – в благоприятный период для российской экономики, когда цены на нефть начали стремительно расти. В то время российское правительство взяло курс на развитие сельского хозяйства, а также сделало ставку на развитие частного сектора в этой отрасли. Тогда для стимулирования частных игроков вводился ряд послаблений – например, на какое-то время, до вступления России в ВТО, в большинстве сельхоз- отраслей была ограничена конкуренция. Кроме того, было введено субсидирование процентной ставки по кредитам для сельхозпредприятий.

 
 «Сельское хозяйство – одна из немногих отраслей, где в 2000-х годах произошли серьезные структурные реформы», – считает ведущий научный сотрудник института географии РАН Татьяна Нефедова. «С 2005 года мы наблюдали стабильное увеличение интереса инвесторов к аграрной сфере, а в некоторых отраслях рынка уже произошли «маленькие революции». Россия превратилась из импортера в экспортера растительного масла, вернула себе лидирующие позиции по экспорту пшеницы в мире, снизила долю импорта на мясном рынке», – комментирует заместитель руководителя Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Дарья Снитко. Снижение доли импорта на мясном рынке особенно благоприятно отразилось на местных производителях: в сентябре 2015 года премьер-министр Дмитрий Медведев заявил, что Россия уже полностью обеспечивает внутреннее потребление мяса птицы. В Минсельхозе уверяют, что скоро страна выйдет и на самообеспечение мясом свинины. В середине января заместитель министра сельского хозяйства Сергей Левин также заявил, что в ближайшее время Россия сможет увеличить долю мясных продуктов в списке экспортируемых товаров. Упор будет сделан на ближневосточные и азиатские рынки сбыта.  
 

ДЕВАЛЬВАЦИЯ – НА БЛАГО ЭКСПОРТУ

Пока же основную долю в списке экспортируемых из России сельхозтоваров занимают злаки и растительное масло. Так, холдинг «Русагро», в число активов которого входят несколько сахарных заводов, маслоэкстракционный завод и две аграрные компании, стал, по словам генерального директора Максима Басова, одной из самых рентабельных компаний в мире в этой отрасли по итогам 2015 года. Причем сложившаяся экономическая ситуация, в частности девальвация рубля, сыграла на руку агрохолдингу. «В условиях открытых рынков, при девальвации национальной валюты цены на продовольствие также поднимаются к мировому уровню. То есть если при курсе 30 рублей за доллар подсолнечное масло стоит, условно говоря, 15 рублей, то при курсе 60 рублей стоимость масла увеличивается до30 рублей. Естественно, на этом фоне наш доход заметно возрастает», – поясняет Максим Басов. Что касается производства злаков и зерновых, то здесь Россия не только стабильно осуществляет экспорт по привычным направлениям, но и расширяет свои рынки сбыта. Так, в начале 2016 года «Русагро», акции которой с 2011 года торгуются на Лондонской бирже, начала поставки кукурузы в Японию. При этом основных проблем, связанных со сложившейся в стране экономической ситуацией, компании удалось избежать. «Несмотря на то, что часть оборудования мы закупаем из-за рубежа, основной объем затрат у нас исключительно рублевый», – поясняет Максим Басов.

«МОЛОЧКА» В КРИЗИСЕ

К сожалению, такая позитивная динамика наблюдается не во всех секторах сельского хозяйства: большинство предприятий использует в своей деятельности главным образом зарубежное оборудование, которое стало дороже из-за девальвации рубля. Экономическая ситуация также сказалась на потребительских предпочтениях россиян. Из-за высокой инфляции покупательная способность падает, и в результате потребитель меняет свои привычки. Например, потребление свинины и говядины в России в 2015 году заметно снизилось, тогда как потребление куриного мяса, напротив, возросло. Последствия экономического кризиса особенно сильно отразились на молочной отрасли. Из- за девальвации рубля себестоимость производства молочных продуктов увеличилась, цены на продукцию выросли, а покупательная способность, напротив, упала. В результате впервые за последнее время в конце 2015 года в России не был зафиксирован дефицит молока. При этом производители молочной продукции жалуются не только на девальвацию, но и на сокращение субсидирования отрасли со стороны государства. «Как ни парадоксально, объявив курс на импортозамещение, в 2015 году власть сократила поддержку производителей молока, объяснив это нехваткой средств в федеральном и региональном бюджетах», – уверяет управляющий партнер компании «Интеркрос Центр» Олег Давидовский. О кризисе в молочной отрасли можно судить не только по потреблению молока: в конце 2015 года компания Danone объявила о закрытии двух заводов – в Томске и Чебоксарах. Ранее компания уже закрыла заводы в Тольятти, Новосибирске и Смоленске. Тем не менее Danone остается одним из крупнейших агропромышленных комплексов в стране: на сегодняшний день у компании 18 заводов по всей России.

АГРОХОЛДИНГИ КАК ОСНОВА РОССИЙСКОГО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА

Эксперты подчеркивают, что развитие сельского хозяйства в последние 10 лет произошло благодаря деятельности крупных сельскохозяйственных компаний. «За последнее десятилетие появилось много агрохолдингов, которые стали драйверами роста аграрного сектора экономики России», – признает ведущий научный сотрудник Института географии РАН Татьяна Нефедова. «В советское время существовала тенденция укрупнения производства: колхозы должны были быть на порядок эффективнее, чем мелкие хозяйства. Сегодня в России наблюдается новый виток гигантомании, уже на основе агрохолдингов», – поясняет старший научный сотрудник Лаборатории экономико-социологических исследований ВШЭ Александр Куракин. Именно перекос в сторону крупных хозяйств является слабым местом российского АПК, и предпосылок для изменения подобной тенденции пока что нет. Сложившиеся условия, по словам экспертов, не только не дают развиваться мелким и средним сельхозпредприятиям, но и способствуют дальнейшему укрупнению агрохолдингов. В среде сельхозпроизводителей продолжается дифференциация. Т. е. слабые компании становятся слабее, а сильные – сильнее, резюмирует Куракин. «В последнее время банки сильно ужесточили требования к отчетности. Теперь средние и мелкие предприятия не могут взять кредиты на прежних условиях. В результате идет процесс по снижению производства, что по сути приводит к банкротству», – поясняет генеральный директор консалтинговой компании «А8 Практика» Андрей Морев. В 2015 году произошло несколько сделок по поглощению крупными игроками мелких и средних. Один из ярких примеров – это покупка в конце 2015 года агрохолдингом «Русагро» 20%-ной доли в группе «Разгуляй».

ПРОИЗВОДСТВО ОВОЩЕЙ – НОВЫЙ ТРЕНД

При этом сильные игроки стремятся расширить и разнообразить свой бизнес. В частности, это происходит за счет инвестиций в развитие отраслей, зависящих от импорта. «В последние годы фокус программы по развитию сельского хозяйства смещается на поддержку инвестиций в тепличное овощеводство», – отмечает Дарья Снитко. Например, в начале 2016 года стало известно, что АФК «Система» приобрела у банка ВТБ расположенный в Карачаево-Черкесии тепличный комплекс «Южный». На сайте комплекса указано, что «Южный» занимается главным образом выращиванием помидоров и огурцов и является крупнейшим тепличным комбинатом в Европе. Развитием производства овощей в теплицах интересуется и «Русагро». Несмотря на то, что стоимость одной теплицы, по оценкам компании, составляет около 25 млрд рублей, гендиректор компании Максим Басов уверен, что эти затраты с легкостью окупятся в ближайшее время. «Тепличный бизнес – это незанятая ниша в российском сельском хозяйстве. Мы считаем, что такая же революция, какая произошла в России с производством мяса, может произойти и с производством овощей», – уверен гендиректор «Русагро». По словам Максима Басова, через 5-7 лет Россия вполне сможет отказаться от импорта помидоров, огурцов и салата, так как будет полностью обеспечивать себя этой продукцией.

Автор: Анастасия Седухина

Опубликовано / Le Courrier De Russie Февраль 2016

 

L’AGROALIMENTAIRE EN RUSSIE: DAVID CONTRE GOLIATH ?

DEPUIS QUELQUES ANNÉES, LE DÉVELOPPEMENT DE L’AGRICULTURE RUSSE EST AU CŒUR DE LA POLITIQUE DE L’ÉTAT. TOUTEFOIS, DU FAIT DU RALENTISSEMENT ÉCONOMIQUE, SEULS CERTAINS ACTEURS DU MARCHÉ BÉNÉFICIENT DE CE COUP DE FOUET, EN PARTICULIER LES GRANDES HOLDINGS AGRICOLES.

UNE AFFAIRE POLITIQUE?

Crise mondiale, sanctions, embargo: à quel point la situation politique se répercute-t-elle sur l’agriculture en Russie? Les experts affirment que, malgré l’embargo alimentaire décrété en août 2014, les géants russes de l’agroalimentaire n’ont pas décidé de revoir leur stratégie ou d’augmenter leur production. «Les principales sociétés russes du secteur ont commencé à produire davantage dès avant l’embargo et étaient, par conséquent, tout à fait prêteslors de l’entrée en vigueur des sanctions», affirme Marina Kagane, membre du conseil d’administration du groupe d’entreprises Cherkizovo. D’après Mme Kagane, le principal avantage de l’embargo alimentaire est d’avoir facilité le travail des entreprises avec les gros réseaux d’alimentation, qui, auparavant, du fait d’une concurrence plus acharnée, imposaient leurs conditions aux fournisseurs russes. «Ils dépendent désormais davantage de nous que l’inverse», explique-t-elle. La représentante de Cherkizovo reconnaît toutefois que les bénéfices du groupe ont diminué par rapport à 2014, principalement en raison de la chute du rouble. Par ailleurs, elle ne s’explique pas la diminution des rythmes de croissance observés ces dernières années dans le secteur de la viande.

UNE DÉCENNIE DE GLOIRE

L’essor de l’industrie agroalimentaire russe n’est pas dû aux sanctions: les prémices de celuici remontent à une dizaine d’années. Les principaux progrès observés dans l’agriculture russe sont apparus au milieu des années 2000, lorsque les prix du pétrole ont commencé à croître de façon effrénée, ouvrant la porte d’une période faste pour l’économie russe. Parallèlement, le gouvernement russe a mis le cap sur le développement de l’agriculture en misant en particulier sur le secteur privé. Une série de mesures d’assouplissement ont été adoptées dans le but d’encourager les acteurs privés. Par exemple, jusqu’à l’adhésion de la Russie à l’OMC, la concurrence était limitée dans la majorité des filières agricoles. En outre, les sociétés bénéficiaient de subventions sur les taux d’intérêtlors qu’elles souscrivaient des crédits. «L’agriculture est l’un des rares secteurs à avoir été touchés, dans les années 2000, par d’importantes réformes structurelles», commente Tatiana Nefedova, chercheuse éminente à l’institut de géographique de l’Académie russe des sciences. «À partir de 2005, nous avons assisté à un accroissement stable de l’intérêt des investisseurs pour la sphère agraire, et de petites révolutions se sont produites dans certains secteurs. La Russie est passée du statut d’importateur à celui d’exportateur d’huiles végétales, elle s’est réapproprié une position dominante dans l’exportation de froment et a diminué ses importations de viande», commente Daria Snitko, vicedirectrice du Centre de prévisions économiques de Gazprombank. La diminution des importations de viande a été particulièrement positive pour les producteurs locaux. En septembre 2015, le Premier ministre Dmitri Medvedev a déclaré que la Russie satisfaisait déjà entièrement la demande intérieure en viande de volaille. Le ministère de l’agriculture affirme pour sa part que, bientôt, le pays sera également autosuffisant pour la production de viande de porc. Mi-janvier, Sergueï Levine, viceministre de l’agriculture, a également annoncé que la Russie pourrait prochainement augmenter ses exportations d’aliments carnés, en particulier vers les pays du ProcheOrient et d’Asie.

LA DÉVALUATION POUR FAVORISER LES EXPORTATIONS

Actuellement, les céréales et les huiles végétales sont les produits agricoles les plus exportés par la Russie. Ainsi, en 2015, la holding Rusagro, qui compte plusieurs usines sucrières, une usine d’extraction d’huile ainsi que deux entreprises agricoles, est devenue, selon son directeur général, Maxime Bassov, l’une des plus rentables du monde dans ce secteur. Par ailleurs, la conjoncture économique actuelle et, plus précisément, la dévaluation du rouble ont joué en faveur de la holding. «Dans des conditions de marchés ouverts, la dévaluation entraîne également une augmentation des prix des denrées alimentaires. Autrement dit, si, lors d’un cours à 30 roubles le dollar, l’huile de tournesol coûte 15 roubles, son prix augmentera à 30 roubles pour un cours à 60 roubles le dollar. Naturellement, nos recettes s’en voient considérablement accrues», explique Maxime Bassov. En ce qui concerne la production céréalière, non seulement les exportations de la Russie sont stables, mais ses débouchés s’élargissent. Ainsi, depuis le début de l’année, Rusagro, dont les actions s’échangent à la Bourse de Londres depuis 2011, exporte du maïs au Japon. Par ailleurs, les entreprises ont réussi à éviter les principaux écueils liés à la situation économique du pays. «Bien qu’une partie de nos équipements vienne de l’étranger, nos dépenses se font majoritairement en roubles», explique Maxime Bassov.

LA FILIÈRE LAITIÈRE EN CRISE

Toutes les filières agricoles ne s’en sortent pas aussi bien. La majorité des entreprises utilisent en effet principalement du matériel étranger, devenu plus cher avec la chute du rouble. La conjoncture économique s’est également ré-percutée sur le comportement de consommation des Russes, dont le pouvoir d’achat a baissé du fait de l’inflation élevée. Par exemple, la consommation de porc et de bœuf en Russie a sensiblement diminué en 2015 alors que celle de poulet, meilleur marché, a augmenté. La crise économique a eu un impact particulièrement fort sur le secteur laitier. La dépréciation du rouble y a en effet causé une augmentation du coût de la production alors que le pouvoir d’achat a chuté. Pour la première fois depuis quelques années, la Russie n’aainsi pas connu, en 2015, de déficit dans sa production de lait. Par ailleurs, les fabricants de produits laitiers se plaignent non seulement de la dévaluation mais également de la baisse des subventions étatiques. «Paradoxalement, après avoir mis le cap sur la substitution des importations, les autorités ont réduit les aides aux producteurs de lait en 2015, justifi ant leur décision par le manque de ressources budgétaires fédérales et régionales», regrette Oleg Davidovski, associé gérant de l’entreprise Intercros. La faible demande en lait n’est pas le seul signe de la crise qui frappe actuellement la fi lière laitière en Russie: fin 2015, Danone a annoncé la fermeture de deux de ses usines à Tomsk et Tcheboksary. Plus tôt, l’entreprise avait déjà fermé ses usines de Togliatti, Novossibirsk et Smolensk. Néanmoins, Danone, qui compte aujourd’hui 18 usines en Russie, reste l’un des plus gros complexes agroindustriels du pays.

LES HOLDINGS AGRICOLES COMME BASE DE L’AGRICULTURE RUSSE

Les experts soulignent que le développement de l’agriculture russe ces dix dernières années est dû à l’activité des grosses holdings agricoles. «Cette période a été marquée par l’apparition d’un grand nombre de holdings, devenues des moteurs de croissance du secteur agricole russe», reconnaît la chercheuse Tatiana Nefedova. «À l’époque soviétique, la tendance était au regroupement de la productio : les kolkhozes devaient être bien plus efficaces que les petites exploitations. Aujourd’hui, on assiste en Russie à une nouvelle phase de gigantisme, cette foi-ci sur la base des holdings agricoles», explique Alexandre Kourakine, chercheur principal au Laboratoire d’études socioéconomiques de l’École des hautes études en sciences économiques. «La préférence affichée pour les grandes exploitations est le point faible du complexe agroalimentaire russe. Mais, pour l’heure, aucun signe de changement ne s’annonce. À en croire les experts, non seulement la nouvelle donne empêche le développement des petites et moyennes entreprises mais elle favorise le futur élargissement des holdings. Un écart continue ainsi à se creuser entre les acteurs du secteur agricole: les petites entreprises s’affaiblissent tandis que les grandes deviennent encore plus fortes», résume M. Kourakine. «Depuis quelque temps, les banques ont fortement durci leurs exigences. Désormais, les PME ne peuvent plus souscrire des crédits aux mêmes conditions qu’avant et, par conséquent, doivent diminuer leur production, ce qui pourrait les mettre en faillite», explique Andreï Morev, directeur général de la société de conseil A8 Practice. En 2015, plusieurs PME ont été absorbées par des géants agroalimentaires. On se souvient en particulier du rachat, fin 2015, par la holding Rusagro de 20% du groupe Razgulay.

NOUVELLE TENDANCE: CULTIVER DES LÉGUMES

Par ailleurs, les géants aspirent à élargir et diversifier leurs activités, en particulier grâce aux investissements dans le développement des secteurs qui dépendent des importations. «Ces dernières années, on observe un déplacement du point de mire du programme de soutien de l’agriculture en faveur des investissements dans les cultures maraîchères sous serre», commente Daria Snitko. Par exemple, début 2016, on a appris que la corporation financière par actions Sistema avait racheté à la banque VTB le complexe de serres Ioujny, situé en Karatchaïévo-Tcherkessie. Sur son site internet, le complexe indique cultiver principalement des tomates et des cornichons et être le plus grand combinat de serres d’Europe. Rusagro s’intéresse elle aussi à la production de légumes sous serre. Bien qu’une serre coûte, d’après l’entreprise, environ 25 milliards de roubles, Maxime Bassov est persuadé que ces dépenses seront rapidement rentabilisées. «La culture sous serre est une niche agricole inoccupée en Russie. D’après nous, la révolution qui a touché la production de viande pourrait également s’étendre aux légumes», affirme le directeur général de Rusagro. Selonce dernier, d’ici 5 à 7 ans, la Russie produir a suffisamment de tomates, cornichons et salades pour pouvoir renoncer complètement à leur importation.